Художественный руководитель и директор областного театра «На Литейном» Сергей Морозов — о работе в социальных сетях, о насыщенных 8 месяцах сезона и о новых планах.

— Сергей Анатольевич, расскажите, как заканчивался сезон?

— Как и для всех театров: в середине марта сезон неожиданно прервался. Мы реально завершили сезон накануне Международного Дня театра, который мы отмечаем и к которому серьезно готовимся уже третий год подряд. Мы — единственный театр в Петербурге и в Ленинградской области, который делает большое открытое представление «Вот это театр», посвященное этому празднику. У нас все было готово: и видеопродукция, и номера, но за несколько дней до него мы были вынуждены все приостановить. Я очень надеюсь, что когда будут сняты ограничения и будет возможность пригласить зрителей в наш театр, то первым представлением будет перенесенный День театра.

Конечно, сезон закрылся очень странно, даже без бокала шампанского, без встречи с коллективом, как это бывало традиционно в конце мая. Мы подвели итоги и оказалось, что мы работали всего 8 месяцев, но это для театра был очень плодотворный период. В этом году театр «На Литейном» стал обладателем высшей театральной премии «Золотой софит» в самой главной номинации «Лучший спектакль большой сцены»: «Гекатомба. Блокадный дневник» в постановке Яны Туминой — это наша гордость.

Кроме того, мы съездили на несколько фестивалей и стали лауреатами не только в России, но и в дружественной Эстонии. Мы выпустили пять премьер, одна из них — детская. Отметили юбилей нашей народной артистки Татьяны Дмитриевны Ткач премьерой спектакля «Странная миссис Сэвидж». Приняли на своей площадке фестиваль им. Володина. Он проходил в собранном формате, но для юношеской аудитории прошла одна из акций на территории областного театра «Святая крепость» в Выборге.

Эти 8 месяцев были так насыщены, что событий хватило на целый сезон. Конечно, мы очень сожалеем, что не имеем пока возможности восстановить полноценную деятельность, но тем не менее прошедшим 111-м театральным сезоном мы можем гордиться.

Очень рады, что состоялась премьера спектакля «Граф Нулин» в Волосово. Этим спектаклем мы должны были открывать фестиваль областных театров «Всеволожская весна».

Было много событий, много планов, которые сбылись, но есть целый ряд проектов, которые не завершены и будут перенесены на неопределенный срок. Мы не вернемся к ним сразу после завершения карантина, потому что будут и новые обязательства, новые ситуации и новые финансовые условия. Сейчас идет очень подробное формирование репертуара, новых премьер, которые будут отвечать двум требованиям — внутренние областные и городские. Мне очень важно, чтобы коллектив после этой паузы максимально быстро вернулся к творческому тонусу. Это будет зависеть и от вводных репетиций, и от количества новых премьер, которые мы будем репетировать, даже не имея сейчас постановочного обеспечения этих спектаклей.

— Какие областные задачи будете решать?

— У нас готовится спектакль, который, в основном, ориентирован на выездную деятельность. Я против деления репертуара для области и для стационара. Считаю, что областной, как и городской зритель, должен видеть лучшие варианты спектаклей, лучшие актерские работы, лучшие режиссерские решения. Хотя, естественно, некоторые спектакли мы не имеем возможности вывезти в силу того, что есть очень интересные идеи, но они могут быть реализованы только на сцене театра.

— В начале пандемии фильм, который смотрели чаще всего, был «Заражение», роман, который читали, был «Чума». Но это было тогда, когда мы еще не втянулись в это. Когда поняли, что неизвестно, когда это закончится, понадобились какие-то другие чувства, чтобы пережить тревогу. Что тут может сделать театр?

— После волнений, которые переживает каждый, мне кажется, у всех обострится жажда позитивных эмоций. Когда театральные эксперты говорят, что есть некая опасность скатывания театра в развлекательный репертуар после пандемии, я не соглашаюсь. Есть очень высокого уровня комедийные материалы. Сейчас нужно каким-то образом с помощью театра попытаться гармонизировать энергию человека. Это можно делать с искренностью и неким светом, с позитивом, который должен идти со сцены. Нужно изменение вектора в сторону светлого материала, когда улыбку может вызывать искреннее открытое чувство любви к человеку.

— Вы ощущаете, что сейчас труппа немного разобрана?

— В очередной раз я поразился тому потенциалу, который есть в нашем театре. Казалось бы, сложная ситуация и можно впасть в депрессию, но этого не случилось. Я, например, воспользовался самоизоляцией, чтобы разобрать архивы, почитать книги, которые давно стояли на полке, посмотреть фильмы, но я не прекращал работать ни на один день. В сложной ситуации творческая группа театра не просто сплотилась, а начала фонтанировать идеями. Мы ощущали и творческий голод, и необходимость продолжения диалога со зрителем. Это бурление идет до сих пор, нам даже пришлось сбавить темпы деятельности в онлайн-формате. Мы делали клипы, искали новые форматы, но сознательно отказались от онлайн-трансляции спектаклей текущего репертуара. Как говорит Александр Ширвиндт, онлайн-трансляция — это все равно что секс по телефону. Я где-то близок к этому ощущению, поэтому мы принципиально не делали это. Но один спектакль — «Отцы и сыновья» — мы все же показали по двум причинам: во-первых, было предложение от программы «Большие гастроли», которая практически объединяет все театры России, и мы с ней сотрудничаем уже года четыре, во-вторых, была сделана профессиональная запись, снимала бригада со специальным последующим монтажом, в котором я принимал участие и расставлял те или иные акценты.

Наше общение со зрителями с помощью социальных сетей было огромно, и я восхищен. При том, что не было никакого административного ресурса. И так было все время, начиная со второй половины марта. Это чтение сказок и произведений литературы, артисты отвечали на вопросы зрителей, которые поступали даже из Австралии. Но самая дорогая акция, которая длилась по конец апреля, — когда артисты, находясь в самоизоляции в самых разных точках страны, делали некое отражение спектаклей. Это были цитаты, сцены, собранные из кусков, снятых каждым артистом в отдельности, песни, спетые на 3-4 голоса, когда солисты не слышали друг друга. Словом, каждый день мы, условно говоря, поднимали занавес. Весь репертуар, который нами был обещан зрителю, состоялся, пусть и в странном и необычном формате, но мы выполнили свои обязательства перед зрителем.

— Вы упомянули о площадках на территории области. Их много, на которых вы можете работать?

— Да. В театре «На Литейном» работает высокопрофессиональная команда, которая очень быстро подгоняет технические возможности площадки под задачу спектакля. Это относится как к ДК, так и к небольшим актовым залам. Иногда это бывают и открытые пространства. Причем, отговорка про климат не подходит. В Эстонии летние спектакли играются в течение месяца как русским, так и эстонским театром. Такие спектакли собирают многотысячные аудитории. Небольшой городской театр Таллина занимает маленький комплекс, где проходят спектакли внутри, а этим пленэром они обеспечивают себе полугодовой доход. К моему сожалению, этой традиции нет в Ленинградской области.

— Расскажите о фестивале имени Володина. Какое наполнение он может получить дальше?

— Этот фестиваль возник через год после смерти Александра Моисеевича в 2003 году. Наш театр неразрывно с ним связан. Первые годы фестиваль всегда проходил на нашей театральной площадке, потом на год-два ушел из театра «На Литейном», но благодаря активному участию Евгения Валерьевича Чайковского (на тот момент председателя областного комитета по культуре) фестиваль сместился в сторону области. И вот уже несколько лет один или два спектакля, а также часть проектов фестиваля проходят в различных населенных пунктах региона. Если не ошибаюсь, то полтора года назад в Гатчину в рамках фестиваля приезжал молодой театр под руководством Виктора Анатольевича Рыжакова, ныне художественного руководителя театра «Современник». После того, как в 2019 году отметили 100-летие Александра Моисеевича, встал вопрос о судьбе фестиваля. Его организаторы вместе с городскими и областными властями решили его продолжать. Ни для кого не секрет, что достаточно сложно собирать каждый год достойную полноценную программу спектаклей в векторе размышлений, вибраций, чувствований, которые свойственны драматургии Володина. Поэтому было принято решение, что по четным годам фестиваль проходит в собранном формате, а в нечетные возвращается в полноценный формат, когда пять вечеров подряд играются лучшие спектакли из Москвы, Петербурга, со всей России, из-за рубежа. Основной площадкой продолжает быть театр «На Литейном», но иногда в силу большой востребованности спектакли переносятся на другие городские площадки. Фестиваль имеет жесткие сроки: 10 февраля, в день рождения Александра Моисеевича, всегда происходит закрытие после того, как утром этого дня участники фестиваля побывают на Комаровском кладбище, где похоронен драматург.

— Пандемия помешала вашим планам по реконструкции здания, ремонтам?

— Я очень благодарен Александру Юрьевичу Дрозденко, когда в наш юбилейный год (театру исполнилось тогда 110 лет) было принято решение о подготовке к капитальному ремонту. Сейчас полным ходом, несмотря на пандемию, продолжаются работы по проектированию. Именно на этот период выпали работы по обмерам, по лабораторным исследованиям. Я надеюсь, что к концу года мы получим полноценный проект капитального ремонта, и я верю, что наша площадка станет одной из самых современно оснащенных в Ленинградской области и в Санкт-Петербурге. Здание является частью Шереметевской усадьбы, в следующем году еще активнее заявит о себе проект «Шереметевские кварталы» (это объединение усилий трех прекрасных институций — нашего театра, музея театрального и музыкального искусства и музея Ахматовой).

— У вас вышел спектакль «Перемирие», где речь идет о событиях на Донбассе. Как Вы думаете, то, что сейчас с нами происходит, когда может быть отрефлексировано и получить какие-то художественные формы?

— На самом деле отсутствие возможности использовать какие-то сложные сценические технологии и конструкции привело к тому, что уже сейчас есть несколько пьес, посвященных пандемии. Например, Евгения Водолазкина, который прислал мне пьесу еще месяц назад. Это раньше нужно было найти пьесу, найти распределение, создать эскизы и т. д. — теперь ситуация исключает весь этот период, можно сразу переходить к репетициям, выходя на некое живое слово артиста.

Я надеюсь, что в августе будет возможность все-таки увидеть зрителя хотя бы на областных площадках. Это будет почти пять месяцев без зрителя. Такой остановки театр не переживал давно. Должно пройти время, и какие-то вещи из незабвенной классики в какой-то период будут говорить о сегодняшнем времени более остро и точно, чем вещи, написанные вчера или сегодня.

Я не знаю, насколько долго в нас будет сидеть абсолютно оправданная для нынешнего времени тревога. Опасаюсь, что долго. Но важно, как мы будем дальше дышать, как будем чувствовать, как жить. Это важнее, чем театральная экономика. Видимо, эта тема еще долго будет витать в воздухе и «сидеть» в наших головах.

Галина Жукова

Адрес театра:
Литейный пр.,51